Вибір

“Не робити вибір – також вибір. Не приймати рішення – також рішення. І доки ми не приймаємо рішення, інші вирішують за нас. Жертва вибирає залишатися жертвою. Хворий вибирає залишатися хворим, слабкий – слабким. Ми самі вибираємо продовжувати страждання, у цьому завжди є прихована вигода.”

І такого жорстокого, абсурдного марення повно в мережі і навіть в навколопсихологійній літературі.

Вибір – те, що робиться свідомо. Для вибору потрібні сили, вміння, інформація. Жертва продовжує бути жертвою не тому, що “хоче”, а тому, що вона не має сил протистояти насильству, не має можливості або сміливості його уникнути, або припинити. Продовжувати бути жертвою – творче пристосування: так можна деякий час принаймні вижити. Так можна отримати те, що не спроможний, поки що не вмієш, або не можеш отримати іншим шляхом. Протистояти, уникати – свідома дія, не для всіх і не завжди доступна.

Вибір, прийняття рішень пов’язані з відповідальністю у сенсі “здатності до дії у відповідь” (response ability). Іноді нам нема чим відповісти на виклики життя.

Ще кажуть, що ми не відповідальні за обставини, за дії інших людей, але відповідальні за свої реакції та почуття. Не зовсім так.
Перлз у Gestalt Therapy Verbatim говорить про нездатність багатьох прийняти ідею ідентичності структури ментальних і фізичних процесів. Психічні реакції та здібності, не просто подібні, а ідентичні фізичним. Ми можемо уникнути удару або заблокувати його, якщо в нас достатньо сили, швидкості, спритності. Так само ми можемо «вибирати», як емоційно реагувати на обставини та дії інших людей, тільки якщо у нас досить розвинені необхідні психічні здібності: витримувати невизначеність, зустрічати агресію та злість, спиратися на свої почуття тощо. Ці можливості тренуються і розвиваються так само як фізичні. Іноді їх недостатньо.

Власне, в цьому Ірвін Ялом і бачив мету терапії – допомогти клієнту прийти до точки, в якій він зможе зробити вибір: допомогти йому розвинути необхідні якості, підвищити здатність до дії у відповідь (відповідальність). Це не має нічого спільного з засуджувальними, звинувачувальними спробами «повернути», нав’язати «відповідальність за своє життя» ось тут і прямо зараз.

Про важливе

Всеж таки поради психолога.

Обіймайтеся. Гладьте. Торкайтеся. Притуляйтеся, притискайтеся і притискайте. Залазьте на ручки.

Це мова, яка безперешкодно проходить крізь роздратування, втому. Мова, яка з дитинства і з дорозумних часів лікує тривогу і страх, допомагає витримати невизначеність і зберегти адекватність у психотичній та насильницькій атмосфері.

Зараз менше ротом, більше тілом. Працює з людьми, собаками, кішками, рослинами. В обидві сторони.

Зрозуміти жінку

Коли я ще був нормальним чоловіком, я вважав, що тонко відчуваю та розумію жінок. Знадобилося зовсім небагато років роботи психотерапевтом, щоб переконатися: дельфінів та диференційні рівняння я розумію краще.

Може тому більшість моїх клієнтів – чоловіки.

Але з деяким досвідом я побачив, що саме таким, що не розуміє, не відчуває, можу бути корисним. Особливо жінкам із запитами, пов’язаними зі стосунками.

Я не особливо емпатичний, не здатний розрізняти найтонші відтінки ситуацій і емоцій, геть-чисто позбавлений телепатичних здібностей, і давно розучився говорити з придихом. Загалом, як нормальний чоловік. Але я знаю про це. І ставлю багато запитань. І це допомагає жінці проговорити свої почуття, і навіть дізнатися, як її та ситуацію бачить чоловік навпроти неї.

Виявилось, мені як психотерапевту не треба все розуміти. Головне, щоб клієнтка все про себе зрозуміла та відчула.

Запрошую на психотерапію:
+380964475204 (будь-який месенджер)

Послані на терапію

Виявляється, я люблю працювати з клієнтами, яких вмовили, укатали, послали на терапію. Напевно, я зла і вередлива людина. Я не говорю “він повинен сам захотіти”.

На терапію посилають дітей, підлітків та партнерів. Щоб змінити їхню поведінку. Або навіть їх самих. І дуже рідко, щоб допомогти їм, щоб послабити їхній біль.

Їхня поведінка змінюється. Вони самі змінюються. Зовсім не так, як хотіли ті, хто послав. Вони стають незручними, іноді агресивними. Іноді злими, якщо є на когось. Вони перестають реагувати на маніпуляції. У них з’являються власні інтереси та цінності, своє окреме життя.
Більш того, у них з’являється союзник. Не у вас, у них.

Вважати, що комусь потрібна терапія – проєкція. Терапія вам потрібна. Бажати для когось добра у вигляді терапії – профлексія. Це ви бажаєте собі.

Не надсилайте близьких до терапевта. Результат вам не сподобається.

Досягнення

Досягнення – це не історії успіху. Досягнення це те, що не вдалося. Це програші та втрати. Шрами та зламані зуби. Провалені проекти, втрачені відносини, нездійснені мрії. Те, в чому майже вийшли за межі себе.

Закоханість

Для закоханості потрібна малознайома людина. Бажано, біла і плоска, і не надто жива, щоб якісніше проєціювати на неї ту малознайому, непомічену, неусвідомлену частину себе, з якою хочеться стати одним цілим.

Українською

Працювати з клієнтами українською – певний виклик. Вся психотерапевтична література, яку я вивчав, – російською, або англійською. Але це “змушує” розмовляти людською мовою, без психо-жаргону. А говорити українською про почуття, про сум і про кохання – розкіш, доступна лише нам.

Злі міфи про психотерапію

Злегка демонізувати психотерапію – найпоширеніший маркетинговий хід. Апелює до нарцисичної та скривдженої частини: досить привабливо уявити себе у закривавленому білому пальті на тлі мостів, що палають.

* «Ви виявите, що ваші сімейні та дружні стосунки будувалися на невротичній основі»

Можливо. Але ви також усвідомите, навіщо вам це потрібно, і який ваш внесок в їх “невротичність”.

Крім того, ви навчитеся цінувати красу неврозу та не патологізувати «невротичні відносини». У вас також з’явиться вміння бачити позитивну інтенцію за зовнішньою формою спілкування, іноді не найуспішнішою.

* «Ви виявите, що все життя займалися нелюбимою справою»

Скоріше навпаки. Ви виявите, що цінного для вас у «нелюбимій роботі» і що можна змінити, щоб вона почала приносити задоволення. Можливо, необхідно для початку позбавитися ідеї, що потрібно займатися улюбленою справою на роботі.

* «Від вас відвернуться при спробі бути чеснішими, заявляти про свої потреби та відстоювати границі»

Швидше за все, ви станете не стільки чеснішими, скільки щирішими. Чесність часто насильницька і груба, щирість – уразлива.

Вам доведеться менше «заявляти» про свої потреби іншим людям. Ви будете чіткіше ці потреби усвідомлювати, виявите, що багато з них ви можете задовольняти самостійно. Якщо ні, про це досить своєчасно і ясно сказати, заявляти не потрібно.

Необхідність відстоювати границі зменшиться, їх не так просто буде порушити. І ви навчитеся вибирати хорошу форму: бути щирим і не поранити, зупиняти вчасно без насильства.

* «Коло спілкування звузиться, ви зможете спілкуватися тільки з такими ж просвітленими»

Може бути. А можливо, ви виявите, що серед непросвітлених, непропрацьованих і неусвідомлених людей багато самобутніх, здорових і привабливих особистостей. Просто ви не вміли з ними спілкуватись або були їм нецікаві. Або корона була надто важка.

* «Психотерапія – це боляче»

Є в цьому якийсь героїзм, кишки та “кровіще”. Так, доведеться спуститися глибоко вниз, кому в особисте пекло, кому в задушливий підвал, кому в шафу заглянути. Але не самому і не раптом, а з підтримкою і не раніше ніж готовий. Психотерапія – це не так боляче і не так страшно, як жити.

Игорь Забута, психотерапевт, izabuta.com

Искренность и честность

Между искренностью и честностью весьма жирная толстая разница.

Искренность обнажена, всегда трогательна, нежна и прозрачна. Она робкая и осторожная. Она спрашивает разрешения быть, не ранит. В ней всегда есть другой, тот, к кому она обращена.

Честность – в официальном костюме, довольно помпезном, прямая и жесткая, по характеру – наглая и хамская. Она – ради себя самой, ради своей чести. Но выглядит безупречно и успешно оправдывает нелюбовь, бестактность и бесчувственность.

***

Когда я слышу “Не чувствую смысла в моей жизни. Не вижу цели.”, я понимаю “Меня не любят. Я не люблю.”

***

Может так сложиться, что вам просто повезет. Повезет завалить проект, проиграть схватку, сойти с дистанции, оказаться хуже соперника. Повезет убедиться, что вы – не самый, не тот. Что есть лучше.

Несколько месяцев или лет нарциссических конвульсий, и вот, вы уже не обязаны вытягивать неподъемные чужие проекты, выигрывать все схватки, бежать бесконечную дистанцию, быть лучше кого-то. Быть Тем Самым для всех.

И можно выдыхать. И удивленно начинать жить.

***

Если ты устала, я могу нести твои тяжелые сумки. Возможно, очень долго, если нужно, всю жизнь. Но я не могу нести тот твой вес, который ты считаешь лишним. Я могу облегчить твою жизнь, но я не могу сделать тебя легче. Я могу тебе помогать, но не могу за тебя отдохнуть.

Если тебе тревожно и страшно, я могу быть рядом, поддерживать, успокаивать, действовать. Но если весь твой мир состоит из опасностей, тревог и страхов, я не смогу в нем с тобой жить.

Если тебя кто-то обидел, я за тебя заступлюсь. Если тебя обидели все, я не справлюсь. Возможно, даже не буду пытаться. Я не буду подавать тебе патроны, если ты не готова стрелять.

Если у тебя горе, я сделаю всё, чтобы помочь тебе его пережить. Но я не переживу его вместо тебя.

И я буду жестоким глупцом, если попытаюсь сказать тебе об этом словами. И ещё большим глупцом, если соглашусь и попытаюсь следовать этим убеждениями, вместо того, чтобы создать свои собственные.

с) Игорь Забута, психотерапевт

Я сама виновата

«Я сама виновата. Со мной что-то не так. Мне необходимо измениться.»

Есть отношения, которые продолжаются, есть работа, с которой не уходят только из идеи собственной неправильности и чувства вины.

Иногда из этого чувства-идеи приходят к психотерапевту. И слышат странное, необычное, встречаются с непривычным, новым отношением к себе.

– Я за тебя, даже в том, в чем ты чувствуешь себя неправильной и виноватой. В этом – особенно.

Появляется союзник, принимающий и поддерживающий. У некоторых такой союзник появляется впервые.

– Да, ты автор своей жизни. Ты строишь ее из тех материалов, которые имеешь на данный момент. Но и твой партнер – автор своей жизни. И вы оба – авторы ваших взаимоотношений. Ваша ответственность всегда разделенная, симметричная.

Груз ответственности уменьшается, чувство вины перестает быть всеохватывающим, тотальным. Иногда оказывается, что виниться не в чем.

– Всё с тобой так. Так как есть. Есть то, что есть, ничего другого нет. Я принимаю тебя такой, как ты есть. Возможно и ты сможешь принять себя такой.

Оказывается, так бывает. С этой точки можно двигаться в желаемом направлении.

– Сохранять отношения ни хорошо и ни плохо. Вопрос в том, хорошо ли там тебе.

И тогда человек позволяет себе осторожно пощупать, потрогать идею развестись, уйти с работы. И спустя какое-то время говорит: «Да на хрен мне это нужно!»

– И как тогда изменится твоя жизнь? Что ты будешь чувствовать? Как проводить время? Как зарабатывать? Где жить? Готова ли ты к этим изменениям? Что нужно сделать, чтобы тебе там было хорошо?

Оказывается, к изменениям нужно готовиться. Не только внутренне, но и перестраивать внешнее. Как минимум, научиться зарабатывать достаточно, иметь где жить. А еще свой круг друзей, свои занятия, свои интересы. Свою жизнь. Но это уже другая, большая история.

Иногда, если избавиться от чувства вины и собственной неправильности, подготовиться к разрыву и внутренне и внешне, иметь хоть немного “своей жизни”, в отношениях становится не так уж плохо и даже как-то хорошо. А иногда и без них тоже.

Игорь Забута, психотерапевт
Запись на консультацию: вайбер 0964475204

Продуктивность

Когда я слышу об продуктивности, мне важно понять, из чего она.
Из утреннего кофе с сыром, из неспешных разговоров с друзьями, из закатов, из книг, от которых нельзя оторваться? Какое сырье человек перерабатывает, чтобы получить продукцию? Обычно, свою жизнь.
Продуктивность хороша для средневековых мануфактур, заводов, корпораций. Да и то, мне кажется, их скоро вытеснят организации, в которых к человеку будут относиться не как к функции, а как к личности. Как личность он может больше. Ценить будут не продуктивность, а удовлетворенность, осмысленность.
Ну и второй вопрос: какую продукцию человек из своей жизни производит. Деньги, тексты, пройденные курсы, дипломы, должности, вещи, мелодии, отчеты? Стоит ли оно того?
И третий, не менее важный: что будет, если ненадолго остановиться, не производить? Посмотреть в лицо сырой жизни, не переработанной в продукцию.

Ответственность

В Штатах в 70-х было модное течение “принятия ответственности за свою жизнь”. Это не та сбалансированная ответственность, о которой говорил Ялом (ты отвечаешь за то, что обиделся, обидчик – за то, что обидел), и совсем не гуманистическая вера Перзла в способность человека к ответу на вызов (ability) и творческому приспособлению. Это была тупая, чертовски привлекательная в своей простоте и понятности, плоская фанатичная идея о том, что если тебя ограбили, если началась война или кризис, ты и только ты несешь за это ответственность.

Злая, бесчеловечная идея. Но привлекательная, обещает всемогущество и тотальный контроль.
Она “въелась” в популярную психологию и даже в психотерапию, ее следы я вижу в клиентах до сих пор. Не складываются отношения с мужем, что со мной не так? Бизнес не развивается, что со мной не так? Никто не спрашивает, всё ли так с мужем, с партнерами? Обвиняют себя за депрессию, за тревожность, за то, что в детстве не повели себя, как взрослый. Стыдятся того, что их оскорбили, что им мало платят, что их используют.
В результате не уходят от мужа-насильника, мучаются с партнерами-мошенниками, погружаются еще глубже в депрессию и тревогу.

Кто-то им сказал, что они отвечают за всё. А если ты отвечаешь за всё и не справился, значит виноват. Ответственность отождествляется с виной.

Идея не нова. Раньше считали, что болезни, неудачи, войны и стихийные бедствия – наказание за грехи. Идея ответственности – перепевка старого на новый лад.

Приходится объяснять, что есть другие люди. И если ты на сто процентов ответственен за свою жизнь, а они на сто процентов – за свою, то кто и насколько отвечает за ваши отношения? И если личность – это система контактов, то имеет ли значение, с чем или с кем этот контакт? И если изнасилованной женщине никогда нельзя говорить “сама виновата”, то почему себе можно?

Мне кажется, есть два полюса. Полюс жертвы, где все виноваты и ничего сделать нельзя, и полюс псевдобога, всемогущего и всеконтролирующего, с неподъемным камнем ответственности на плечах. Оба полюса больные, здоровье – в способности различать, где моя ответственность, где чужая, в способности ее брать и отдавать.

Не все проблемы твои. Другие люди действительно есть.

Клиенты – загадки

Бывают клиенты – загадки. Многослойные, как капуста. А внутри капусты утка, а в утке – целый чердак, а там сундук, а в сундуке – зазеркалье. И думаешь о нем неделями, месяцами. Думаешь, чувствуешь, аж медитируешь. Вспоминаешь его слова, мимку, жесты, реакции, его сны, свои сны, его ощущения, свои ощущения. И вдруг всё складывается. Как пазл. Все детали на месте, все фрагменты закончены.
И он приходит на очередную сессию и весь твой пазл легким жестом смахивает со стола. Потому что люди не так устроены, они в пазлы не складываются. В них не все фрагменты закончены, некоторые детали потерялись, некоторые вообще в комплект не входили. И они точно не двумерные. И не статичные: пока ты о них думаешь, они меняются. Чем пристальнее думаешь, тем быстрее.
А в конце сессии клиент радостно заявляет: “Я всё понял, ну вот, наконец, сложилось!” Но ты уже опытный. Ты сидишь и думаешь: “Ага. Утка, чердак, зазеркалье, шкаф, Нарния…”

***

– Представь себе, у тебя есть близкий человек. Ты живешь с ним, вы работаете вместе, проводите вместе всё свободное время.
– Уже страшно)
– Вы даже встречаетесь с одним мужчиной.
– Это как?! Сестра близнец, что ли?
– Тепло. Но всё хуже. Представь себе, что этот человек никогда тобой не доволен. Всё, что ты делаешь, недостаточно хорошо. Ты не имеешь права на несовершенство.
– Знакомо…
– Всё помнит, ничего не прощает. Стыдится твоей внешности и поведения. Осуждает и критикует при любой возможности и требует за это благодарности. Использует культ стыда и вины, как кнут.
– И такое было…
– Пряники бывают редко, в основном сухие и для того, чтобы бить по голове. Не дает спать до часу ночи, будит в шесть, гонит в зал, не обращает внимания на твою боль и усталость. Настаивает, чтобы учила иностранные языки, называет тупой дурой. Не дает поесть нормально, требует, чтобы села на диету, говорит, ты толстая. Составляет тебе список задач, проверяет выполнение. Заставляет зарабатывать больше денег, тратит их на своих родственников. Следит за тобой, установил геолокацию, просматривает все звонки и переписку, требует отчета за каждую потраченную копейку.
– Но это же дикость!
– Как бы ты относилась к нему?
– Ни минуты бы не относилась. Даже не начала бы. Это жесть!
– Ни минуты? Судя по твоим рассказам, ты к себе даже жестче относишься. Похоже, всю жизнь.

с) Игорь Забута, психотерапевт,
izabuta.com, вайбер +380964475204

Есть то, что есть

Мне кажется, самая больная идея, ставшая культурной нормой, – это стремление к развитию, самосовершенствованию.

Даже те, кто воспитывался ангелами, кого принимали и любили безусловно, подвержены этой невротической инфекции. Они признаны-приняты-уникальны-прекрасны, но это не отменяет необходимость делать из себя нечто лучшее, иное, без права на удовлетворенность.

Отсюда идея «найти себя». Вот ты, именно здесь, именно ты, ни в каком другом месте, ни в каком другом времени, именно такой. Если ты занимаешься не тем, что тебе нравится и живешь не так, как тебе нравится – это и есть ты. По всей вероятности, это лучшее занятие и лучшая жизнь для тебя, но удовлетвориться ей культурно неприемлемо.

Отсюда идея «быть собой». Никто не может быть в большей мере тобой, чем ты. И нет никаких шансов быть кем-то другим. Но чувство «это всё еще не я», я могу выше, сильнее, быстрее обязательно.

Отсюда идея «понять свои желания», как будто бы они нуждаются в понимании. Как будто «на самом деле» ты желаешь чего-то иного, чем «тебе кажется». Как будто спутанность и неясность желаний – нечто ненормальное.

Отсюда идея «осознать свои чувства». Чувства – средства ориентации и навигации в обществе, они развивались сотни тысяч лет и прекрасно, точно работают. Путаница начинается именно из допущения, что мои чувства «на самом деле» иные, чем мне «кажется».

Отсюда идея «стать лучше», как будто есть вменяемые критерии «лучше». Как будто ты можешь «лучше».

Отсюда идея, что неудовлетворенность собой – полезное качество и надежный фундамент для такого необходимого изменения, развития, «роста над собой».

Отсюда идеи «зрелости» и «взрослости», как противоположности инфантильности. Как будто существуют некие достойные усилий стандарты зреловзрослости. Как будто взрослый счастливее ребенка. Как будто кто-то хотя бы приблизительно понимает и попробовал, что это такое.

Отсюда идея «разобраться в себе». Как будто в разобранном виде ты лучше, а целый, цельный – непонятный и непригодный. Как будто бы встроенные механизмы психической защиты глупы и бессмысленны и, если открыть ящик Пандоры и осознать всё неосознанное, наступит гармония.

Отсюда идея, что я – не я.

Возможно, все эти идеи от боли. Боль – симптом жизни. Усилия, потраченные на отрицание боли, попытки избежать ее навсегда, выключить, умножают ее до непереносимости. Жизнь и так не самая удобная форма существования. Ее можно усложнить и сделать еще неудобнее и больнее, если не принимать ее и себя в ней, как есть.

«Есть то, что есть, и больше ничего нет» – эту простую идею очень сложно и трудно принять. Особенно, когда так много идей.

с) Игорь Забута, психотерапевт, izabuta.com
Запись консультацию: вайбер +380964475204

Пауза после выдоха

Мое утро предельно оптимизировано: пытаюсь убить будильник, включаю ФБ, ставлю чайник, насыпаю кофе в чашку, пока чайник закипает — курю и просматриваю сообщения, заливаю кипяток в чашку, иду в душ. Пить кофе в душе — плохая идея, вода гасит сигарету. Не пробуйте. Со второй сигаретой пью кофе. Начинаю просыпаться.

Сажусь в машину, закуриваю, поворачиваю ключ зажигания — всё одновременно. Хотя это могло быть три отдельных приятных ритуала. У Честертона детектив – отец Браун «угадывает» американского по тому, как тот пьет коньяк и курит сигару одновременно. В те времена эстетическая нечувствительность янки сильно ранила тонкие души английских аристократов. Для меня обычно и нормально разговаривать по телефону и писать сообщения в ФБ на компе одновременно. Качество общения не страдает, честно. Страдаю я.

Безуспешная многозадачность – не единственная проблема. Есть менее очевидная: мы редко позволяем себе полностью выдохнуть, и еще реже оставляем время на паузу между выдохом и вдохом.Классический цикл контакта в Гештальте напоминает вдох и выдох. В самом упрощенном виде он описывается так: предконтакт, контакт, постконтакт:
Проходя мимо полки с книгами, я приостанавливаюсь, чувствую смутное желание что-нибудь почитать. Провожу пальцем по корешкам, ага, вот Ахматова, да, может быть. Открываю наугад, вот оно, как раз вспоминал этот стих. Сажусь в кресло, читаю. После прочтения мне нужно некоторое время: дать подвижным образам успокоиться, угаснуть, закончить диалоги, разложить по шкатулочкам неясные фрагменты воспоминаний и ассоциаций. Такой себе удлиненный выдох. Через некоторое время наступает тишина. Пауза после выдоха. Цикл завершен, можно выныривать в реальность.
Но в жизни так не бывает: мне нужно в душ кофе пить.
Потому современные психотерапевты (Елена Калитеевская) говорят, что классическое описание цикла контакта уже не соответствует реальности. Мы входим в следующий цикл не завершив предыдущего. У нас куча «хвостов», обрывков энергии незавершенных контактов, с которыми мы несемся в следующий. И только Phillip Morris поставляет паузы по двадцать штук в пачке. Это не хорошо и не плохо. Просто так есть.Можно пробовать иначе. Можно не пробовать.

Арие Бурштейн советует наблюдать за привычными действиями. Не начинать следующее, не завершив предыдущее. Делать между ними паузы. Тогда рутина становится музыкой.
Да, так медленнее. Печатая текст, вы чувствуете, как палец касается клавиши? Это может быть приятно. Скорость снижается. Но если не чувствовать, жизнь действительно проходит мимо. Пока вы печатаете текст.

Аналогия с музыкой мне близка. Хорошие исполнители уважительно относятся к каждому звуку. В самом быстром темпе звуки «не склеиваются». В среднем и медленном — слышно начало, середина и окончание каждой ноты. Каждая фраза имеет ясное окончание, каждая пауза значительна. Они играют так, будто всё время принадлежит только им.


Вы можете замечать свои обычные действия, различать начало и окончание, позволять себе паузы. Можете превратить своё оптимизированное утро и рутину в музыку.

с) Игорь Забута, психотерапевт, izabuta.com