Эффект наблюдателя

Физики говорят, что наблюдение явления изменяет его. Для меня эта идея несколько туманна. Но я знаю из опыта, что наблюдаемый изменяет наблюдателя. Даже если просто наблюдаешь. А в психотерапии, хоть и стараешься не вмешиваться, не привносить своё и не толкать реку, куда считаешь «правильным», не просто наблюдаешь, но по-человечески взаимоотносишься.

Я не знаю, что повлияло и помогло мне значительнее: личная терапия или работа с клиентами. Мне есть за что благодарить своих клиентов.

В первую очередь, за то, что когда было невыносимо тяжело, я имел возможность на час забыть о себе, и погрузиться в клиента, в его мир. В этом особая привилегия терапевтической позиции.

За то, что они принимали тяжелые решения и вызовы, на которые у меня не хватило бы ни смелости, ни сил, ни зрелости. Возможно, когда-нибудь, я смогу так же. Благодаря их примеру.

За то, что сумели сделать в своей жизни то, чего не сумел я в своей. В простой внешней человеческой жизни.

За то, что видели в моих словах глубину, которой я не предполагал. И делились этим со мной.

За степень искренности и открытости, для меня пока недоступную.

За тайну красоты личности, которую раскрывали передо мной, делали ее хоть немного объяснимой и понятной.

За то, что выдерживают мою усталость, заумь, многословие, злость и раздражение, попытки конкурировать, и даже извлекают из них пользу.

За смелость и мужество исследовать то, что больно, стыдно и страшно. То, к чему я в себе с трудом прикасаюсь.

За жизненный опыт, который ни в какой другой профессии невозможно получить в таком количестве, разнообразии и с такой глубиной.

За то, что позволяют мне быть наблюдателем и соучастником в своих изменениях, замечают мои и радуются им.

Выбор

Не делать выбор – тоже выбор. Не принимать решение – тоже решение. И пока мы не принимаем решение, другие решают за нас. Жертва выбирает оставаться жертвой. Больной выбирает оставаться больным, слабый — слабым. Мы сами выбираем продолжать страдание, в этом всегда есть скрытая выгода.

Такого жестокого, стыдящего бреда полным-полно в психопосовых статьях.

Вспоминаю экзамен по вождению. Инспектор потребовал развернуться. Двойная сплошная, продолжаю ехать. Километр, два, она всё еще двойная и совсем сплошная.
— Ну и долго мы будем ехать?
— Пока не найду место, где разрешен разворот.
Экзамен я не сдал. Не из-за разворота, а потому, что не заплатил. Не знал, что так можно.
Иногда развернуться нельзя. Иногда не знаешь, как можно.

Выбор, решение – то, что делается сознательно, «со знанием». Для выбора нужны силы, умение, информация, обстоятельства. Жертва продолжает быть жертвой потому, что у нее нет сил противостоять насилию, нет смелости уйти, или она не знает, как это сделать. Продолжать быть жертвой – творческое приспособление: так можно некоторое время выживать. Так можно получить то, что не способен, не умеешь получить иным путем. Противостоять, уходить – сознательное действие, не для всех доступное в данный момент.

Выбор, принятие решений связаны с ответственностью в смысле “способности к ответному действию” (response ability). Очень часто нам нечем ответить на вызовы жизни.

Еще говорят, что мы не ответственны за обстоятельства, за действия других людей, но ответственны за свои реакции и чувства. Не совсем так.
Перлз в «Gestalt Therapy Verbatim» говорит о неспособности многих принять идею идентичности структуры ментальных и физических процессов. Многие продолжают говорить о «пищевой метафоре» Гештальта, которая совсем не метафора. Психические реакции и способности, не подобны, а идентичны физическим. Мы можем увернуться от удара или заблокировать его, если у нас достаточно силы, скорости, ловкости. Точно также мы можем «выбирать», как чувственно реагировать на обстоятельства и действия других людей, только если у нас достаточно развиты необходимые психические способности: выдерживать неопределенность, встречать агрессию и злость, удлинять паузу между стимулом и реакцией, опираться на свои чувства и т.д. Эти способности тренируются и развиваются точно также, как физические. Иногда их недостаточно.

Собственно, в этом Ирвин Ялом и видел цель терапии – помочь клиенту прийти к точке, в которой он сможет сделать выбор: помочь ему развить необходимые качества, повысить способность к ответному действию (ответственность). Это не имеет ничего общего со стыдящими и осуждающими попытками «вернуть», взвалить, навязать «ответственность за свою жизнь» здесь и сейчас-же.

с) Игорь Забута, психотерапевт, izabuta.com

О важном

Таки советы психолога.

Обнимайтесь. Гладьте. Прикасайтесь, дотрагивайтесь. Тулитесь, прижимайтесь и прижимайте. Залазьте на ручки.

Это язык, который беспрепятственно проходит сквозь раздражение, усталость друг от друга, слишком душную близость. Язык, который с детства и с до-разумных времен лечит тревогу и страх, помогает выдержать неопределенность и сохранить адекватность в психотической и насильственной атмосфере.

Сейчас поменьше ртом, побольше телом. Работает с людьми, собаками, кошками, растениями. В обе стороны.

Понять женщину

Когда я был нормальным мужчиной, я считал, что тонко чувствую и понимаю женщин. Понадобилось совсем немного лет работы психотерапевтом, чтобы убедиться: дельфинов и сопромат я понимаю лучше.

Может потому большинство моих клиентов мужчины.

Но с некоторым опытом я обнаружил, что именyо таким непонимающим, нечувствующим, могу быть полезен. Особенно женщинам с запросами, связанными с отношениями.

Я не особо эмпатичен, не способен различать тончайшие оттенки ситуаций и эмоций, напрочь лишен телепатических способностей, и давно разучился говорить с сочувствующим придыханием. В целом, как нормальный мужчина. Но я знаю об этом. И задаю много вопросов. И это помогает женщине напротив проговорить свои чувства, и даже узнать, как ее и ситуацию видит мужчина на самом деле.

Оказалось, мне как психотерапевту не нужно всё понимать. Главное, чтобы клиентка всё про себя поняла и почувствовала.

Приглашаю на психотерапию:
Viber / WhatsApp +380964475204

***

Оказывается, я люблю работать с клиентами, которых уговорили, укатали, «послали» на терапию. Наверное, я злой и вредный человек. Я не говорю «он должен сам захотеть».

На терапию посылают детей, подростков и партнеров. Чтобы изменить их поведение. Или даже их самих. И очень редко, чтобы помочь им, чтобы ослабить их боль.

Их поведение меняется. Они сами меняются. Совсем не так, как хотели пославшие. Они становятся неудобными, иногда — агрессивными. Иногда злыми, если есть на кого. Они перестают реагировать на манипуляции. У них появляются собственные интересы и ценности, своя отдельная жизнь.
Мало того, у них появляется союзник. Не у вас, у них.

Считать, что кому-то нужна терапия — проекция. Она вам самим нужна. Желать для кого-то добра в виде терапии — профлексия. Это вы себе желаете.

Не посылайте близких к терапевту. Результат вам не понравится.

***

«Чего ты хочешь?» — вопрос-приглашение другому проявиться рядом с тобой.

«Я хочу…» — начало личного раскрытия, присутствия в отношениях.

«Я хочу… с тобой» — тут есть я, ты и желание. Отношения.

«Я хочу, чтобы мы…» — кто-то начинает размываться, исчезать. Либо я, либо ты.

«Я хочу, чтобы ты…» — фраза, с которой отношения ‘человек — человек’ начинают превращаться в отношения ‘человек — вещь’.

«Грех — это относиться к людям, как к вещам» (Т. Праттчетт)

***

Достижения — это не истории успеха. Достижения — это то, что не удалось. Это проигрыши и потери. Шрамы и сломанные зубы. Проваленные проекты, потерянные отношения, несбывшиеся мечты. То, в чем вышли за пределы себя.

***

Для влюбленности нужен малознакомый человек. Желательно, белый и плоский, и не слишком живой, чтобы качественнее проецировать на него ту малознакомую, незамеченную, неосознанную часть себя, с которой так хочется стать одним целым.

***

— Ненавижу себя.
— За что ты себя так сильно любил?

***

Працювати з клієнтами українською — певний виклик. Вся психотерапевтична література, яку я вивчав, російською, або англійською. Але це «змушує» розмовляти людською мовою, без психо-жаргону.А говорити українською про почуття, про сум і про кохання — розкіш, доступна лише нам.

***

Читатели и друзья в фб часто спрашивают, консультирую ли я онлайн как психотерапевт, и даю ли я уроки танго.Я изо всех сил старался донести, что консультирую и даю. Видимо, получилось невнятно)

Я консультирую онлайн, в т.ч. на английском. Большинство моих клиентов — мужчины, их я лучше чувствую. С темами и по запросу не работаю, работаю с целыми людьми. Но есть темы, которых я избегаю: хим-зависимости, депрессия, некоторые другие.

Я никогда не работаю дешево, но иногда работаю бесплатно.

Уроки танго даю только индивидуально (для пар и без пары) в Киеве. Они не о технике. Как танцующий психотерапевт помогаю разобраться:- что мешает быть в контакте с партнером;- что мешает получать удовольствие от танца;- что мешает двигаться удобно, естественно и вместе.
В танго, а иногда, и в жизни.

Пишите на вайбер +380964475204 или в лс.

***

Отчаянно хочется, чтобы полюбили те, кто не любит, чтобы оценили те, кто не ценит. Доказать им и себе, что ты самый лучший и нужный. Заставить их страдать и раскаиваться, навсегда и окончательно потеряв тебя. Невротические отчаянные хочу, они похожи на еду из Макдональдса, на соленые чипсы. Они реальны, они императивны как бульдозер и соблазнительны как сам дьявол. И стоят недорого. Можно заказать себе двойную НакМакхрень, проглотить не жуя, уже тошнит, но хочется еще, но ведь некуда, но ведь хочется. Ну, может завтра перестанет тошнить, можно будет заказать тройную. Ведь правда хочется.

Действительно хочется. Чистой воды, настоящего хлеба, спелых яблок, свежего сыра. Хорошего вина. Того, чем можно насытиться. Такие хочу, они тихо, незаметно, но постоянно присутствуют. Как мисс Хадсон на Бейкер Стрит. Ее замечаешь, когда она отлучается на вечер. Камин холодный, невозможно найти кофе, бренди и сигары. И одиноко. И не знаешь, что быстрее поможет, скрипка или кокаин. И чего-то отчаянно хочется.

***

Есть мнение, иногда, самомнение, будто бы психологи-психотерапевты что-то особенное знают. О взаимоотношениях, о жизни, о душе. Лучше обычных людей могут построить отношения. И вообще, легче, здоровее и полнее живут. Такие себе реализованные, симметричные, отполированные. Осознанные и проработанные. Едва ли это психотерапевты. Скорее гуру, учителя.

А психотерапевты — чувствительные люди, сложные и, главное, достаточно больные и достаточно несовершенные, чтобы понять-почувствовать сложность, уникальность и боль человека напротив.

Злые мифы о психотерапии

Слегка демонизировать психотерапию – распространенный маркетинговый ход. Апеллирует к нарциссической и обиженной части: довольно привлекательно представить себя в окровавленном белом пальто на фоне горящих мостов.

* «Вы обнаружите, что ваши семейные и дружеские отношения строились на невротической основе»

Возможно. Но вы также осознаете, зачем вам это нужно и как вы в этом участвуете.

Кроме того, вы научитесь ценить красоту невроза и не патологизировать «невротические отношения». У вас также появится умение видеть позитивную интенцию за внешней формой общения, иногда не самой удачной.

* «Вы обнаружите, что всю жизнь занимались нелюбимым делом»

Скорее, наоборот. Вы обнаружите, что же ценного для вас в «нелюбимой работе» и что следует изменить, чтобы она начала приносить удовлетворение. Возможно, необходимо для начала избавиться от идеи, что нужно заниматься любимым делом на работе.

* «От вас отвернутся при попытке быть честнее, заявлять о своих потребностях и отстаивать границы»

Скорее всего, вы станете не столько честнее, сколько искреннее. Честность зачастую насильственна и груба, искренность уязвима.

Вам придется всё меньше «заявлять» о своих потребностях другим людям. Вы будете четче эти потребности осознавать, обнаружите, что многие можно удовлетворять самостоятельно. Если нет, об этом достаточно своевременно и ясно сказать, заявлять нет необходимости.

Необходимость отстаивать границы уменьшится, их будет не так просто нарушить. И вы научитесь выбирать хорошую форму: быть искренним и не ранить, останавливать вовремя без насилия.

* «Круг общения сузится, вы сможете общаться только с такими же просветленными»

Может быть. А возможно, вы обнаружите, что среди непросветленных, непроработанных и неосознанных людей много самобытных, весьма здоровых и привлекательных личностей. Просто вы не умели с ними общаться или были им неинтересны. Или корона была слишком тяжела.

* «Психотерапия – это больно»

Есть в этом некий героизм, кишки и кровище. Да, придется спуститься глубоко вниз, кому в личный ад, кому в душный подвал, кому в шкафчик заглянуть. Но не самому и не вдруг, а с поддержкой и не раньше, чем готов. Психотерапия — это не так больно и не так страшно, как жить. Волк, который вот-вот бросится вам на спину, страшнее и опаснее волка, на которого бросаетесь вы.

Игорь Забута, психотерапевт, izabuta.com

Искренность и честность

Между искренностью и честностью весьма жирная толстая разница.

Искренность обнажена, всегда трогательна, нежна и прозрачна. Она робкая и осторожная. Она спрашивает разрешения быть, не ранит. В ней всегда есть другой, тот, к кому она обращена.

Честность — в официальном костюме, довольно помпезном, прямая и жесткая, по характеру — наглая и хамская. Она — ради себя самой, ради своей чести. Но выглядит безупречно и успешно оправдывает нелюбовь, бестактность и бесчувственность.

***

Когда я слышу «Не чувствую смысла в моей жизни. Не вижу цели.», я понимаю «Меня не любят. Я не люблю.»

***

Может так сложиться, что вам просто повезет. Повезет завалить проект, проиграть схватку, сойти с дистанции, оказаться хуже соперника. Повезет убедиться, что вы — не самый, не тот. Что есть лучше.

Несколько месяцев или лет нарциссических конвульсий, и вот, вы уже не обязаны вытягивать неподъемные чужие проекты, выигрывать все схватки, бежать бесконечную дистанцию, быть лучше кого-то. Быть Тем Самым для всех.

И можно выдыхать. И удивленно начинать жить.

***

Если ты устала, я могу нести твои тяжелые сумки. Возможно, очень долго, если нужно, всю жизнь. Но я не могу нести тот твой вес, который ты считаешь лишним. Я могу облегчить твою жизнь, но я не могу сделать тебя легче. Я могу тебе помогать, но не могу за тебя отдохнуть.

Если тебе тревожно и страшно, я могу быть рядом, поддерживать, успокаивать, действовать. Но если весь твой мир состоит из опасностей, тревог и страхов, я не смогу в нем с тобой жить.

Если тебя кто-то обидел, я за тебя заступлюсь. Если тебя обидели все, я не справлюсь. Возможно, даже не буду пытаться. Я не буду подавать тебе патроны, если ты не готова стрелять.

Если у тебя горе, я сделаю всё, чтобы помочь тебе его пережить. Но я не переживу его вместо тебя.

И я буду жестоким глупцом, если попытаюсь сказать тебе об этом словами. И ещё большим глупцом, если соглашусь и попытаюсь следовать этим убеждениями, вместо того, чтобы создать свои собственные.

с) Игорь Забута, психотерапевт

Прикосновение

Прикосновение – экзистенциальный жест, обыденное чудо.

Прикосновение – детство контакта. Прикосновением мы возвращаемся к довербальному опыту общения, к настоящести взаимодействия, фундаменту всего последующего опыта жизни-с-другим.

Прикосновением мы возвращаем телесность личности. Ты есть для меня не как моё представление о тебе, не как мои чувства к тебе. Я прикасаюсь к тебе-твоему, к тебе-как-есть.

Прикасаясь, я говорю тебе: «вот ты», «ты есть». Я усиливаю твоё переживание собственного Я. Что важно – я говорю тебе, что ты существуешь именно для меня.

Прикасаясь, чувствуя тебя, я ощущаю, что существую я сам. По твоей реакции я узнаю, что существую именно для тебя.

Прикосновением мы подтверждаем нашу отдельность, наше одиночество. Мы трогаем границы границами и так говорим: «вот я, а вот – ты».Но мы убеждаемся и в нашей совместности, возможности быть в этом одиночестве вместе.Прикосновение всегда между.

с) Игорь Забута, Эмма Кологривова
Приглашаем в психотерапевтическую группу «Тело в контакте«:
http://bodycontact.tilda.ws

Я сама виновата

«Я сама виновата. Со мной что-то не так. Мне необходимо измениться.»

Есть отношения, которые продолжаются, есть работа, с которой не уходят только из идеи собственной неправильности и чувства вины.

Иногда из этого чувства-идеи приходят к психотерапевту. И слышат странное, необычное, встречаются с непривычным, новым отношением к себе.

— Я за тебя, даже в том, в чем ты чувствуешь себя неправильной и виноватой. В этом – особенно.

Появляется союзник, принимающий и поддерживающий. У некоторых такой союзник появляется впервые.

— Да, ты автор своей жизни. Ты строишь ее из тех материалов, которые имеешь на данный момент. Но и твой партнер – автор своей жизни. И вы оба – авторы ваших взаимоотношений. Ваша ответственность всегда разделенная, симметричная.

Груз ответственности уменьшается, чувство вины перестает быть всеохватывающим, тотальным. Иногда оказывается, что виниться не в чем.

— Всё с тобой так. Так как есть. Есть то, что есть, ничего другого нет. Я принимаю тебя такой, как ты есть. Возможно и ты сможешь принять себя такой.

Оказывается, так бывает. С этой точки можно двигаться в желаемом направлении.

— Сохранять отношения ни хорошо и ни плохо. Вопрос в том, хорошо ли там тебе.

И тогда человек позволяет себе осторожно пощупать, потрогать идею развестись, уйти с работы. И спустя какое-то время говорит: «Да на хрен мне это нужно!»

— И как тогда изменится твоя жизнь? Что ты будешь чувствовать? Как проводить время? Как зарабатывать? Где жить? Готова ли ты к этим изменениям? Что нужно сделать, чтобы тебе там было хорошо?

Оказывается, к изменениям нужно готовиться. Не только внутренне, но и перестраивать внешнее. Как минимум, научиться зарабатывать достаточно, иметь где жить. А еще свой круг друзей, свои занятия, свои интересы. Свою жизнь. Но это уже другая, большая история.

Иногда, если избавиться от чувства вины и собственной неправильности, подготовиться к разрыву и внутренне и внешне, иметь хоть немного «своей жизни», в отношениях становится не так уж плохо и даже как-то хорошо. А иногда и без них тоже.

Игорь Забута, психотерапевт
Запись на консультацию: вайбер 0964475204